• Наши партнеры
    Salonorhideya.ru - Маникюр, солярий, пилинг в метро Отрадное - салон красоты
  • Cлово "ЮНОСТЬ"


    А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F I J L M N P Q R S T U V
    Поиск  

    Варианты слова: ЮНОСТИ

    1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Очерк Чуковского
    Входимость: 2.
    2. * * * (Несчастные)
    Входимость: 2.
    3. Николай Скатов. Некрасов. (часть 7)
    Входимость: 2.
    4. Родина ("И вот они опять, знакомые места...")
    Входимость: 2.
    5. Николай Скатов. Некрасов. (часть 3)
    Входимость: 2.
    6. Стихотворения
    Входимость: 2.
    7. * * * (Зачем насмешливо ревнуешь...)
    Входимость: 2.
    8. Сцены из лирической комедии "Медвежья охота"
    Входимость: 2.
    9. Рыцарь на час
    Входимость: 2.
    10. Памяти Асенковой "В тоске по юности моей...")
    Входимость: 2.
    11. На Волге (Детство Валежникова)
    Входимость: 2.
    12. Говорун (Записки петербургского жителя А. Ф. Белопяткина)
    Входимость: 1.
    13. Уныние
    Входимость: 1.
    14. Элегии и думы 1838-1856
    Входимость: 1.
    15. Отъезжающему
    Входимость: 1.
    16. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава шестнадцатая
    Входимость: 1.
    17. Поэт и гражданин ("Опять один, опять суров...")
    Входимость: 1.
    18. На смерть Шевченко
    Входимость: 1.
    19. Из поэмы "Мать"
    Входимость: 1.
    20. Русские женщины. Княгиня Трубецкая
    Входимость: 1.
    21. Ранние стихотворения 1838-1856
    Входимость: 1.
    22. Николай Скатов. Некрасов. (часть 2)
    Входимость: 1.
    23. Кабинет восковых фигур ("Кто не учился в детстве в школах...")
    Входимость: 1.
    24. (Подражание Лермонтову) ("В неведомой глуши, в деревне полудикой...")
    Входимость: 1.
    25. Суд (Современная повесть)
    Входимость: 1.
    26. * * * (Я посетил твое кладбище...)
    Входимость: 1.
    27. Авдотья Панаева. Воспоминания. Примечания
    Входимость: 1.
    28. Федотыч ("Вставай, владыка мой, Федотыч, солнце красно...")
    Входимость: 1.
    29. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава восемнадцатая
    Входимость: 1.
    30. Николай Скатов. Некрасов. (часть 17)
    Входимость: 1.
    31. К портрету ***
    Входимость: 1.
    32. Демону ("Где ты, мой старый мучитель...")
    Входимость: 1.
    33. Николай Скатов. Некрасов. (часть 18)
    Входимость: 1.
    34. * * * (О письма женщины, нам милой!..)
    Входимость: 1.
    35. Балет
    Входимость: 1.
    36. Николай Скатов. Некрасов. (часть 10)
    Входимость: 1.
    37. Зонтиков Н. А.: Н. А. Некрасов и Костромской край - страницы истории. "Дедушка": Костромская основа сюжета поэмы
    Входимость: 1.
    38. Юность Ломоносова. Драматическая фантазия в стихах.
    Входимость: 1.
    39. Николай Скатов. Некрасов. (часть 19)
    Входимость: 1.
    40. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава четырнадцатая
    Входимость: 1.
    41. * * * (Зачем меня на части рвете...)
    Входимость: 1.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Очерк Чуковского
    Входимость: 2. Размер: 83кб.
    Часть текста: из самых красивых женщин в Петербурге", - вспоминал о ней граф Соллогуб. "Не только безукоризненно красивая, но и привлекательная брюнетка", - писал такой опытный ценитель, как Фет. И Павел Ковалевский то же самое: "красивая женщина", "нарядная, эффектная брюнетка". И полковник Щербачев то же самое: "молодая, красивая женщина". И даже близорукий Чернышевский: "красавица, каких не очень много" [224]. Немудрено, что молодой Достоевский влюбился в нее с первого взгляда: "Я был влюблен не на шутку, теперь проходит, а не знаю еще... - писал он впоследствии брату. - Она умна и хорошенькая, вдобавок любезна и пряма донельзя" [225]. Двадцатишестилетний Некрасов тоже влюбился в нее и чуть не покончил с собой, когда она отвергла его. Сколько пламенных стихов в его книге посвящено этой эффектной брюнетке! Она вечно в кругу исторических, замечательных, знаменитых людей. Они ее ежедневные гости. Герцен приехал из Петербурга в Москву и прямо в ее дом, к ее мужу, - не нахвалится ее гостеприимством: "Она мила и добра до невозможности, холит меня, как дитя", - пишет он из Петербурга жене [226]. Белинский ее сосед и приятель. Он тоже очарован ее добротой: "Попробуйте, - пишет он ее мужу, Панаеву, - попробуйте отдать деревню в ее распоряжение, и вы увидите, что через полгода, благодаря ее доброте и благодетельности, ваши крестьяне......
    2. * * * (Несчастные)
    Входимость: 2. Размер: 26кб.
    Часть текста: красавицы не бродит, Чего не думает она? Ликует день, щебечут птицы, Красою блещут небеса, Доходят до дверей темницы Любви и воли голоса, - Но ей нет воли, нет отрады. Не нужно камней дорогих, Возьмите пышные наряды! Где мать? где сестры? где жених? Где няня с песенкой и сказкой? Никто не сжалится над ней, И только докучает лаской Противный, старый чародей. Но нет!.. Она любить не станет, Скорей умрет... Уходит он И в гневе подданных тиранит. Кругом проклятья, вопли, стон... Но в сказке витязь благородный Придет - волшебника убьет И клочья бороды негодной К ногам красавицы свободной С рукой и сердцем принесет. А здесь?.. Рога трубят ретиво, Пугая ранний сон детей, И воют псы нетерпеливо... До солнца сели на коней - Ушли... Орды вооруженной Не видит глаз, не слышит слух, И бедный дом, как осажденный, Свободно переводит дух. Меняя быстро пост невольный На празднословье и вино, Спешит забыться раб невольный. Но есть одна: ей всё равно! В ее душе светлей не станет! Всё тот же мрак, всё тот же гнет: И сон перерванный не манит,...
    3. Николай Скатов. Некрасов. (часть 7)
    Входимость: 2. Размер: 58кб.
    Часть текста: роман". Тем более что роман был произведен не только литературный, но и жизненный, житейский. Впрочем, даже сам этот жизненный и житейский роман. Некрасова и Авдотьи Панаевой, в свою очередь, стал многократно, по крайней мере трижды, литературным. Во-первых, это оказался роман мужчины и женщины, которые были писателями - оба. Дело для того времени совсем не частое: прозаик Николай Филиппович Павлов и его жена поэтесса Каролина Павлова (урожденная Якеш) - чуть ли не все из более или менее известных. Во-вторых, Некрасов и Панаева не только литературные сотрудники, журнальные соратники. И. Некрасов и Н. Станицкий (псевдоним А. Панаевой) - соавторы: дело по русским меркам того времени почти невиданное. Наконец, в-третьих, их жизненный - продолжительный и трудный - роман стал той почвой, на которой родился и "роман" стихотворный - поэтический цикл Некрасова, издавна называемый "панаевским". Собственно, этим-то поэтическим итогом вся история прежде всего и значима - и тогда, и теперь, и всегда. Впрочем, слова были новыми, потому что и дела были не совсем привычными, а в русской жизни девятнадцатого века даже из ряда вон выходящими. И речь не просто о житейских делах, которые и сейчас вроде бы сразу бросаются в глаза. А тогда во все глаза прямо били. Классический треугольник (муж, жена, "друг семейства") предстал в комбинациях совсем не классических. Поначалу: фактический и юридический муж (Иван Иванович Панаев), юридическая и фактическая жена (Авдотья Яковлевна Панаева) и - "друг семейства" (Некрасов). Затем новый триумвират: юридический, но не фактический муж (Панаев), его юридическая, но...
    4. Родина ("И вот они опять, знакомые места...")
    Входимость: 2. Размер: 3кб.
    Часть текста: Я знаю, отчего ты плачешь, мать моя! Кто жизнь твою сгубил. . . о! знаю, знаю я! . . Навеки отдана угрюмому невежде, Не предавалась ты несбыточной надежде - Тебя пугала мысль восстать против судьбы, Ты жребий свой несла в молчании рабы. . . Но знаю: не была душа твоя бесстрастна; Она была горда, упорна и прекрасна, И всё, что вынести в тебе достало сил, Предсмертный шепот твой губителю простил! . . И ты, делившая с страдалицей безгласной И горе и позор ее судьбы ужасной, Тебя уж также нет, сестра души моей! Из дома крепостных любовниц и царей Гонимая стыдом, ты жребий свой вручила Тому, которого не знала, не любила. . . Но, матери своей печальную судьбу На свете повторив, лежала ты в гробу С такой холодною и строгою улыбкой, Что дрогнул сам палач, заплакавший ошибкой. Вот серый, старый дом. . . Теперь он пуст и глух: Ни женщин, ни собак, ни гаеров, ни слуг, - А встарь? . . Но помню я: здесь что-то всех давило, Здесь в малом и большом тоскливо сердце ныло. Я к няне убегал. . . Ах, няня! сколько раз Я слезы лил о ней в тяжелый сердцу час; При имени ее впадая в умиленье, Давно ли чувствовал я к ней благоговенье? . . Ее бессмысленной и вредной доброты На память мне пришли немногие черты, И грудь моя полна враждой и злостью новой. . . Нет! в юности моей, мятежной и суровой, Отрадного душе воспоминанья нет; Но всё, что, жизнь мою опутав с детских лет, Проклятьем на меня легло неотразимым, - Всему начало здесь, в краю моем родимом! . . И с отвращением кругом кидая взор, С отрадой вижу я, что срублен темный бор - В томящий летний зной защита и прохлада, - И нива выжжена, и ...
    5. Николай Скатов. Некрасов. (часть 3)
    Входимость: 2. Размер: 45кб.
    Часть текста: те типы и те сцены, которые видел ежедневно, и его блеск и его мрак. Он сделал это не как фотограф, снимающий на своих пластинках все, что "подвертывается" под аппарат, но как художник-горожанин, сам живущий одной жизнью с современным городом, глубоко понявший его жуткое, магнетическое очарование. После Пушкина Достоевский и Некрасов - первые у нас поэты города..." Ни о какой городской бедности, ни о каком страдании, ни о каком унижении и оскорблении поэт не написал позднее со стороны - через все прошел сам. Был случай, когда он оказался нищее нищих, и нищие ему подали. Впрочем, петербургскую судьбу свою он выбрал сам, и выбрал тем более уверенно, что началась она почти блистательно. Ведь, что ни говори, главная надежда возлагалась - и для молодого поэта просто не могла не возлагаться - на литературу, на стихи. Нужно сказать об одной замечательной особенности Некрасова. Большая и все усиливающаяся замкнутость и закрытость души совмещалась с удивительным и все усиливающимся умением сходиться с людьми, привлекать их, со своеобразным обаянием. Без этого никогда не стал бы Некрасов выдающимся журналистом, издателем и, как теперь часто говорится, "организатором литературных сил". Недаром же гимназический мемуарист отметил, что товарищи "любили Николая за его характер". Этот характер совсем не являл того, что называют "душа нараспашку". Душа имела и тяжелое подспудье, и глубокое подполье - и они необязательно раскрывались, но они тоже питали и ум, и проницательность, и понимание, и сочувствие. Вот на них-то все и основывалось. Странно доказывать...

    © 2000- NIV