• Наши партнеры
    Coffeek.ru - ЧАЙ С МОРОЖЕНЫМ, ОРЕХОВЫМ СИРОПОМ И ВИНОГРАДОМ. Грушевые оладьи с кленовым сиропом.
  • Cлово "ФОРТЕПЬЯННЫЙ"


    А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F I J L M N P Q R S T U V
    Поиск  
    1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава третья
    Входимость: 3.
    2. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава седьмая
    Входимость: 1.
    3. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава четырнадцатая
    Входимость: 1.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава третья
    Входимость: 3. Размер: 29кб.
    Часть текста: ним очень энергично. Она пригласила его обедать и заарестовала у себя. От Бахтурина были отобраны сапоги, сюртук; ему дали халат и туфли отца и заперли в кабинет, посылая для вдохновения утром и вечером по большому графину настойки. Бахтурин в несколько дней написал драму и был освобожден из-под ареста [050]. Меня очень интриговало, как это мать посадила под арест сочинителя и как он там сочиняет. Я выпросила у лакея графин с водкой, чтоб войти в кабинет. Бахтурин был небольшого роста, с одутловатым лицом и всклокоченными, длинными, густыми, каштановыми волосами. Завидев меня с графином, он встал со стула и, потирая руки, сказал: - Вот спасибо, умная девочка, принесла графинчик. Меня ваша мамаша наказала... А вас наказывают? - Да, только водки не дают! - отвечала я. Бахтурин замялся и, налив рюмку водки, продолжал: - Пью за ваше здоровье! Вырастите большой и если вам придется тоже заказывать писать пьесы для вашего бенефиса, так вы не арестовывайте сочинителя, как ваша мамаша. Право, это не хорошо!.. Приносите мне всегда графинчик; я поболтаю с вами, это мне...
    2. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава седьмая
    Входимость: 1. Размер: 44кб.
    Часть текста: ее слове чувствовалась искренняя простота. С первого же разу мы так сошлись, точно давно уже были знакомы. У нас оказалось много общего во взглядах на вещи; я очень приятно провела с ней время и дала слово на другой день опять приехать. Семейство Щепкиных было на даче, Аксаковы уехали в свое имение, так что у меня в Москве не было знакомых, и Грановские уговорили меня приезжать к ним обедать всякий раз, когда Панаев был приглашен куда-нибудь. Бывая почти целый день у Грановских, я могла узнать их домашнюю жизнь. Приятно было видеть согласие между мужем и женой; без всяких особенных нежностей они оба искренно любили друг друга. Жена Грановского не говорила мне о своей любви к мужу, но эта любовь выражалась в ее заботах, чтобы ему было спокойно, чтобы никакие хозяйственные дрязги не доходили до него. Грановский очень любил чистоту в доме и хороший стол, и жена усердно заботилась об этом. Доходы Грановского ограничивались профессорским жалованьем, а потому жене его поневоле нужно было самой входить в хозяйство. Оказалось, что жена Грановского отлично знала немецкую литературу, читала много, была хорошая музыкантша, так что, по своему образованию и развитию, выделялась между другими женщинами, но, по скромности характера, ей и в голову не приходило, что следовало заявлять об этом в кружке, куда она попала, выйдя замуж за Грановского. С Герценом я познакомилась у Грановских. - Мы старые знакомые, хоть не видели друг друга в лицо, - сказал мне Герцен. - Вы забыли, может быть, а я нет, что по вашей инициативе мне разрешили снова жить в Москве. Я ответила, что это была скорее случайность, нежели моя инициатива. - Скромность одна из добродетелей, которая украшает человека, - банальным тоном заметил Герцен. - А я из наблюдения вывела заключение, что скромность причислена к восьмому смертному греху. Герцен приехал перед обедом приглашать к себе Грановских вечером, так как у него намеревались собраться общие их знакомые; он,...
    3. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава четырнадцатая
    Входимость: 1. Размер: 43кб.
    Часть текста: уверял, что он даже в бане сейчас узнает семинариста, когда тот моется: запах деревянного масла и копоти чувствуется от присутствия семинариста, лампы тускло начинают гореть, весь кислород они втягивают в себя, и дышать делается тяжело. Тургенев раз за обедом сказал: - Однако, "Современник" скоро сделается исключительно семинарским журналом; что ни статья, то семинарист оказывается автором! -- Не все ли равно, кто бы ни написал статью - раз она дельная, - проговорил Некрасов. - Да, да! Но откуда и каким образом семинаристы появились в литературе? - спросил Анненков. - Вините, господа, Белинского, это он причиной, что ваше дворянское достоинство оскорблено и вам приходится сотрудничать в журнале вместе с семинаристами, - заметила я. - Как видите, небесследна была деятельность Белинского: проникло-таки умственное развитие и в другие классы общества. Анненков залился своим обычным смехом, а Тургенев, иронически улыбаясь, произнес: - Вот какого мнения о нас, господа! - Это мнение всякий о вас составит, если послушает вас, - отвечала я. Григорович было хотел что-то заметить мне, но Тургенев остановил его на слове "голубушка, вы..." - перебив: - Лучше не надо разуверять Авдотью Яковлевну, она еще выведет новое заключение в том же роде о нас, а мы и так поражены и уничтожены. - Не думаю этого, вы облачились в такую непроницаемую броню, что не только словами, но и...

    © 2000- NIV