Cлово "ФИЗИОНОМИЯ"


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N P Q R S T U V
Поиск  

Варианты слова: ФИЗИОНОМИИ, ФИЗИОНОМИЮ

1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава шестая
Входимость: 2. Размер: 43кб.
2. Николай Скатов. Некрасов. (часть 4)
Входимость: 1. Размер: 61кб.
3. Провинциальный подьячий в Петербурге ("Ох, времечко! Скорехонько...")
Входимость: 1. Размер: 10кб.
4. Николай Скатов. Некрасов
Входимость: 1. Размер: 43кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава шестая
Входимость: 2. Размер: 43кб.
Часть текста: проходила к своему креслу третьего ряда, как бы гордясь своей храбростью. Наружность ее шла к роли пионерки: она была высокого роста, довольно полная, с резкими чертами лица и сильная брюнетка. Она была русская, но тип ее лица был иностранный. Вообще Пешель проявила себя пионеркой не в одном партере итальянской оперы, а и в образе своей жизни. Тогда русские женщины боялись афишировать себя дамами полусвета и всегда старались запастись мужем. Пешель, хотя жила с матерью, но вдова-генеральша играла такую ничтожную роль в салоне своей дочери, что все равно как бы ее не было. Пешель задавала обеды, вечера с итальянскими второстепенными певцами и певицами. На ее обеды и вечера собиралось много светского мужского общества. Всех интересовало знать: кто дает ей средства жить так богато? Кроме пенсии, вдова и ее дочь ничего не имели. Но Пешель умела скрывать имя своего покровителя. Когда она начала сходить с ума от запутанных своих денежных дел, то и высказала имя своего покровителя, удивив всех, потому что он был важное чиновное лицо, уже имевшее внучат и постоянно проповедывавшее строгую нравственность в семейной жизни. Панаев познакомился с ней через своих приятелей, и В.П.Боткин приставал к Панаеву, чтобы он познакомил и его с Пешель. Приехав с обеда Пешель, которая угостила их трюфелями и шампанским, Боткин находился в самом приятном настроении духа, а это всегда выражалось тем, что он склонял свою лысую голову на бок и умильным тоном говорил: - Милая женственная натура! Общество такой женщины доставляет эстетическое наслаждение, как-то освежает тебя, нет этой сухоты, прозы, какую...
2. Николай Скатов. Некрасов. (часть 4)
Входимость: 1. Размер: 61кб.
Часть текста: второй из трех - и самый близкий из близких - человек. Через год умрет третий и последний: сестра Лиза. И тоже о внешней реакции на эту смерть мы ничего не знаем. Осталось несколько оброненных фраз - но каких: известие "чуть не убило меня". Понятно. Ведь это означало, что в целом свете со своей скорбью уже не к кому больше идти. Для самого страдания не оказалось выходов ни к чьему состраданию. Круг безысходности замкнулся. И разомкнется только тогда, когда сам он в себе самом откроет сострадание, то есть возникнут "посылки" к другим и так - "круговая порука", когда на других изольет тоску по себе самом и на этом, собственно, станет великим, и именно русским, народным поэтом. Но это позднее. Отсутствие же внешних житейских проявлений скорби и страдания, как и почти всегда у Некрасова, говорит о тем большей глубинности потрясения: до поры до времени все будет загнано внутрь. То же и с еще одной жизненной стихией. Впервые за три года он снова - и на довольно долгий срок - вошел в жизнь русской деревни. Но это тоже пока никак ни в чем не проявилось и не сказалось: ни в письмах, ни в каких-то литературных писаниях. А ведь, казалось бы, он уже должен был и мог смотреть на деревню взглядом писательским, наблюдательным, изучающим - однако и здесь, видимо, все неосознанно уйдет вглубь, в какие-то запасники души, которые откроются позднее - и уже не в деревне. В деревне же бойко вершится городская литературная поденщина - на будущий прокорм. "Есть у меня, -...
3. Провинциальный подьячий в Петербурге ("Ох, времечко! Скорехонько...")
Входимость: 1. Размер: 10кб.
Часть текста: Скорехонько...") 1 Ох, времечко! Скорехонько Летишь ты, хоть без крыл. Уж двадцать лет ровнехонько, Как в Питере я был. В питейном департаменте Служение имел, На каменном фундаменте Домишком я владел. С особами отличными В знакомстве состоял, Поклонами приличными Начальству угождал. Как всё переменилося! Мне Питер стал чужой; Всё новое явилося, Чуть пахнет стариной! Секрет мой обнародовать Вновь прибыл я в него, Хоть много израсходовать Пришлось мне для того. Одно мне утешительно, Что ведать кой-кому Секрет такой спасительно. Приступим же к нему: Грамматику, эстетику Из мысли я прогнал. Люблю лишь арифметику, От ней богат я стал. Сперва я от деления Немало получил: Начальник отделения Делить меня учил. По мере повышения Мой капитал толстел И рос - от умножения Просителей и дел. Дало плод вычитание, Как подчиненным я Не брать дал приказание, За вычетом себя. Сложив всё, в заключении Сложенье я узнал, И вышел от сложения Изрядный капитал. Хоть шиворот-навыворот Я правила прошел, Не выведут за шиворот, Куда б я ни вошел! До Павловска катался я Железной мостовой, Парами восхищался я - Не столько быстротой! В воксале, в упоении, Прослушал я цыган: Вот, доложу, уж пение - Что палкинский орган! .. Смотрел намедни "Фебуса" ... В нем Сосницкий лихой... Ну точно у Брамбеуса, Смешливый слог такой. Я надорвал животики, От смеха лопнул фрак! Читая "Библиотеки", Не хохотал я так!.. Пришлося "Титулярных" раз Мне как-то посмотреть, Вот здесь так, уверяю вас, Другому б умереть! ...
4. Николай Скатов. Некрасов
Входимость: 1. Размер: 43кб.
Часть текста: году в Ярославской губернии. Мой отец, старый адъютант князя Витгенштейна, был капитан в отставке..." "Я родился в 1821 году 22 ноября в Подольской губернии в Винницком уезде в каком-то жидовском местечке, где отец мой стоял тогда с своим полком..." Он родился 28 ноября (10 декабря по старому стилю) 1821 года в украинском местечке (городке, по нынешнему раскладу) Немирове. [Один из современных исследователей полагает, что местом рождения Некрасова была деревня Синьки в нынешней Кировоградской области.] Украинство, впрочем, отзовется не только местом рождения. Поздние же довольно смятенные свидетельства, записанные с чужих слов, - попытка воспоминаний о дне рождения, который не помнится, и о месте рождения, которое не знается. Дважды Некрасов собирался поведать о своей жизни и оба раза в кризисные смертные моменты: в 1855 году, считая себя смертельно больным, и двадцать лет спустя, в 1877 году, будучи смертельно больным. В 1855 году не собрался: может быть, потому что болезнь не оказалась смертельной. В 1877 - не успел. Вероятно, в любом случае мы не получили бы точных данных, да и толкало оба раза не желание оставить такие сведения: как раз им-то значения придавалось мало - автобиография нужна была для автоисповеди: "Мне пришло в голову писать для печати, но не при жизни моей, свою биографию, т. е. нечто вроде признаний или записок о моей жизни - в довольно обширном размере. Скажи: не слишком ли это - так сказать - самолюбиво?" Это Некрасов в одном из писем спрашивал Тургенева, на котором тогда он проверял почти все. И Тургенев, который тогда, в 1855 году, почти все понимал, засвидетельствует: "Вполне одобряю твое намерение написать свою биографию; твоя жизнь именно из тех, которые, отложа всякое самолюбие в сторону, должны быть рассказаны - потому что представляют много такого, чему не одна русская душа глубоко отзовется". К тому времени Тургенев уже, слава Богу, знал толк в русских душах, а в 1856 году,...

© 2000- NIV