• Наши партнеры
    Autoglass-rus.ru - лобовой стекло
  • Cлово "ФРАНЦУЗ"


    А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F I J L M N P Q R S T U V
    Поиск  

    Варианты слова: ФРАНЦУЗЫ, ФРАНЦУЗОВ, ФРАНЦУЗА, ФРАНЦУЗУ

    1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава двенадцатая
    Входимость: 45.
    2. Николай Скатов. Некрасов. (часть 18)
    Входимость: 4.
    3. Николай Скатов. Некрасов. (часть 9)
    Входимость: 4.
    4. Кабинет восковых фигур ("Кто не учился в детстве в школах...")
    Входимость: 3.
    5. Николай Скатов. Некрасов. (часть 7)
    Входимость: 2.
    6. Попова А. В.: Костромская основа в сюжете "Коробейников" Н. А. Некрасова
    Входимость: 2.
    7. * * * (Он у нас осьмое чудо -...)
    Входимость: 2.
    8. Авдотья Панаева. Воспоминания. Примечания
    Входимость: 2.
    9. Кому на Руси жить хорошо. Часть первая. Глава 5. Помещик
    Входимость: 2.
    10. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава десятая
    Входимость: 2.
    11. * * * (- Так, служба! сам ты в той войне...)
    Входимость: 1.
    12. Княгиня ("Дом - дворец роскошный, длинный, двухэтажный...")
    Входимость: 1.
    13. Дружеская переписка Москвы с Петербургом
    Входимость: 1.
    14. Русские женщины. Княгиня Трубецкая
    Входимость: 1.
    15. Папаша
    Входимость: 1.
    16. Николай Скатов. Некрасов. (часть 5)
    Входимость: 1.
    17. Тишина
    Входимость: 1.
    18. Николай Скатов. Некрасов. (часть 16)
    Входимость: 1.
    19. Николай Скатов. Некрасов. (часть 15)
    Входимость: 1.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава двенадцатая
    Входимость: 45. Размер: 39кб.
    Часть текста: лет на одной и той же даче, близ Ораниенбаума. Все приходили в восторг от нее. И в самом деле, трудно было найти более удобный летний приют. Построенная в виде красивого швейцарского домика, дача находилась на берегу взморья, вдали от всякого жилья, посреди громадного парка с тенистой, липовой аллеей, тянувшейся почти три четверти версты, так что дачники Петергофа и Ораниенбаума приезжали гулять в наш парк и любовались швейцарским домиком, стены которого были красиво декорированы гортензиями и другими растениями, а перед домом была разбита огромная клумба разнообразных цветов, расставлены скамейки, стулья и столики, на которых мы всегда обедали и завтракали. Панаев, как я уже упоминала, был большой любитель дальних прогулок; ему было нипочем пройти двадцать верст, и часто, пригласив своего гостя "пройтись", он приводил его обратно в самом плачевном виде от усталости. Кто знал, что значит у Панаева "пройтись", тот, идя с ним гулять, заранее делал условие, чтобы он не заводил его слишком далеко. В 1858 году у нас на даче гостил молодой литератор N. (Д.В.Григорович). Впрочем, он часто исчезал на целые недели на дачу к графу Кушелеву, которого тогда окружали разные литераторы. Кушелев был сам литератор и издавал журнал "Русское Слово". При его огромном богатстве, конечно, у него было много литераторов-поклонников [169]. Знаменитый французский...
    2. Николай Скатов. Некрасов. (часть 18)
    Входимость: 4. Размер: 53кб.
    Часть текста: "без работы": "Современник" (вместе с "Русским словом") был запрещен. Он еще успеет опубликовать сатирический цикл "Песни о свободном слове". Он еще успеет их даже публично прочитать: на что требовалось особое позволение. Он еще успеет (после второго предупреждения) сам снова попроситься "под цензуру". Хотя и не успеет под нее попасть: ему откажут. Юридическими обоснованиями журнальных запрещений власть себя не утрудила: "вследствие доказанного с давнего времени вредного их направления". Кстати, когда стало известно о запрещении "Современника" и было объявлено о возвращении подписных денег, то чисто русским, пассивным, но все же протестом и знаком сочувствия журналу стал почти повсеместный отказ взять эти деньги. Удивительно, как все вернулось на круги своя. Не отсюда ли у Некрасова желание снова поворошить опыт 40-х годов: в сценах из лирической комедии "Медвежья охота", в стихах "Человек сороковых годов"... Опять встал перед ним образ Белинского. И Некрасов начал снова, как когда-то, четверть века назад, во времена "Физиологии Петербурга" и "Петербургского сборника", - со сборников. "Ко мне неожиданно, - сообщает матери Д. И. Писарев, - явился книгопродавец Звонарев (Некрасов вел с ним некоторые издательские дела. - Н. С.) и сообщил мне, что Некрасов желал бы повидаться со мною для переговоров о сборнике, который он намерен издать осенью". Характерно и обращение к Писареву, несмотря на недавнюю полемику его с "Современником": все же самому живому, что осталось в крепко поизмельчавшей критике. Но, конечно, в сравнении с сороковыми годами многое и изменилось. Были деньги. Тому же Писареву, когда тот попросил 50 рублей за лист - то, что он получал в "Русском слове", Некрасов ответил, что никогда не...
    3. Николай Скатов. Некрасов. (часть 9)
    Входимость: 4. Размер: 119кб.
    Часть текста: Турция объявила войну России. Это поначалу казалось еще довольно далеко и локально. Затем объявили войну России Франция, Англия... Все севернее, все ближе и горячее. Всеевропейское противостояние России уже давно ощущалось и осмысливалось людьми общегосударственного мышления и поэтического тоже. Еще в пушкинском "Клеветникам России" сформулированный вызов: "Вы грозны на словах, попробуйте на деле", был принят. Враги попробовали "на деле". Немногие публицисты и современные государственные деятели, глобально мыслившие, пытались охватить грандиозный масштаб событий: тем более, что война становилась если не мировой, то уже полумировой. Одним из таких деятелей был Тютчев. Именно ему ярче прочих рисовался захватывающий образ России, объединенной и несущей начала единения и братства миру. Вообще такая грандиозная Россия с ее решающим участием в европейских судьбах до поры до времени питала многие надежды и иллюзии многих. Тому же Тютчеву борьба России с Западом мыслилась почти апокалипсически: начавшаяся Крымская, хотя Крымом и не ограничившаяся, война эти настроения бесконечно оживляла и усиливала:   Великих зрелищ, мировых судеб Поставлены мы зрителями ныне: Исконные, кровавые враги, Соединясь, идут против России, Пожар войны полмира обхватил, И заревом зловещим осветились Деяния держав миролюбивых... Обращены в позорище вражды Моря и суша... Медленно и глухо К нам двинулись громады кораблей, Хвастливо предрекая нашу гибель, И наконец, приблизились - стоят Пред укрепленной русскою твердыней... И ныне в урне роковой лежат Два жребия... и наступает время, Когда решитель мира и войны Исторгнет их всесильною...
    4. Кабинет восковых фигур ("Кто не учился в детстве в школах...")
    Входимость: 3. Размер: 14кб.
    Часть текста: смотрите, господа! Чем вам по Невскому слоняться, Морозить уши и носы, Идите с прошлым повидаться, Смотреть истлевшие красы. Там целый ряд былых деяний Людей умерших и живых Предстанет в пышных одеяньях В лице героев восковых. Вы их с вниманьем рассмотрите,- Довольны будете собой, Притом художнику дадите За труд награду с похвалой. Взойдете - прямо перед вами Стоит задумавшись один, Тальма, прославленный людями, Французской сцены исполин. Его французы все любили, Он их героев представлял; Как мы их лица оживили, Так он их страсти оживлял. Иван Иваныч Штейнигер-с С саженной бородою, Он был в немецком городе-с Когда-то головою. А вот Вильгельм Васильевич Тель, парень молодой; Он славно дрался с немцами За город свой родной. Он - штука не последняя - В историю попал, Хоть в жизнь свою истории Ни разу не читал. А жил-то он в Швейцарии В то время, когда там Жил Геслер, злой правитель их, Всех щелкал по ушам. Там этому-то Геслеру Тель как-то нагрубил. У Теля сын был маленький, Отец его любил. Ну, Геслер и велел ему, Чтоб в сына он стрелял И яблоко с главы его Стрелой своею снял. С тоскою Тель прицелился, Вдруг воздух завизжал, Все вскрикнули от радости - Он в яблоко попал. Всё это здесь...
    5. Николай Скатов. Некрасов. (часть 7)
    Входимость: 2. Размер: 58кб.
    Часть текста: Впрочем, даже сам этот жизненный и житейский роман. Некрасова и Авдотьи Панаевой, в свою очередь, стал многократно, по крайней мере трижды, литературным. Во-первых, это оказался роман мужчины и женщины, которые были писателями - оба. Дело для того времени совсем не частое: прозаик Николай Филиппович Павлов и его жена поэтесса Каролина Павлова (урожденная Якеш) - чуть ли не все из более или менее известных. Во-вторых, Некрасов и Панаева не только литературные сотрудники, журнальные соратники. И. Некрасов и Н. Станицкий (псевдоним А. Панаевой) - соавторы: дело по русским меркам того времени почти невиданное. Наконец, в-третьих, их жизненный - продолжительный и трудный - роман стал той почвой, на которой родился и "роман" стихотворный - поэтический цикл Некрасова, издавна называемый "панаевским". Собственно, этим-то поэтическим итогом вся история прежде всего и значима - и тогда, и теперь, и всегда. Впрочем, слова были новыми, потому что и дела были не совсем привычными, а в русской жизни девятнадцатого века даже из ряда вон выходящими. И речь не просто о житейских делах, которые и сейчас вроде бы сразу бросаются в глаза. А тогда во все глаза прямо били. Классический треугольник (муж, жена, "друг семейства") предстал в комбинациях совсем не классических. Поначалу: фактический и юридический муж (Иван Иванович Панаев), юридическая и фактическая жена (Авдотья Яковлевна Панаева) и - "друг семейства"...

    © 2000- NIV