Cлово "ФОМА, ФОМЫ"


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N P Q R S T U V
Поиск  

Варианты слова: ФОМУ, ФОМОЙ

1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава восьмая
Входимость: 1. Размер: 50кб.
2. Современники. Часть вторая
Входимость: 1. Размер: 49кб.
3. Недавнее время (А. Н. Еракову)
Входимость: 1. Размер: 24кб.
4. Чиновник ("Как человек разумной середины...")
Входимость: 1. Размер: 7кб.
5. Николай Скатов. Некрасов. (часть 9)
Входимость: 1. Размер: 119кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава восьмая
Входимость: 1. Размер: 50кб.
Часть текста: хозяйства, Толстые были заняты еще лечением; множество больных отовсюду являлись к ним. Они пробовали нанимать фельдшера для своих крестьян, но постоянно попадался или пьяница, или лентяй, или грубый в обхождении с больными, с которых не дозволялось брать никаких поборов. Толстые сами прочли множество руководств о домашнем лечении, а живя два года за границей, прошли фельдшерский курс, учились в заграничных больницах перевязывать раны, пускать кровь, одним словом, подавать первоначальную помощь в несчастных случаях. В их аптеке был обширный запас лекарств и даже заведен был тарантас, приспособленный для спокойного отправления больного в городскую больницу. Зимой на барском дворе во флигеле открывалась школа, куда крестьяне, если хотели, могли посылать своих детей учиться. Толстые предоставили самим крестьянам разбирать возникавшие между ними тяжебные дела и подвергать виновных взысканиям, но крестьяне по привычке шли судиться к помещикам и этим отнимали у них много времени. Дворни у Толстых было немного, и каждый служащий получал жалованье, как вольная прислуга. Барщины и каких-либо поборов с баб, конечно, не существовало. Такие нововведения в управлении крестьянами возбуждали бесконечные толки в губернии; все соседи Толстых, крепостники-помещики, были страшно озлоблены на них, находя, что они подрывают помещичью власть. На Толстых сыпались нелепые доносы, будто они, под видом лечения, собирают к себе народ и толкуют о воле, возбуждают к неповиновению и т.п. Толстые знали о доносах и о том, что за ними...
2. Современники. Часть вторая
Входимость: 1. Размер: 49кб.
Часть текста: ревет. Знамо: живая скотина! Мальчик не трусит - дерет, Первого сорту щетина! Стал я теперь богачом; Дом у меня, как картинка, Думаю, глядя на дом: Это - свиная щетинка!.." Великорусская, меткая речь!.. С детства умел он добыть и сберечь. Сняли мы линию; много заботы: Надо сдавать земляные работы. Еду я раз по делам в Перекоп, Вижу, с артелью идет землекоп. "Кто ты?"-"Я - Федор Никифоров Шкурин". (Обращается к Шкурину) Чокнемся! Выпьем, христов мужичок! Ну, господа генералы! чок-чок!.. Выбор-то мой оказался недурен... (Чокаются и пьют.) Прибыл подрядчик на место работ, Вместо науки с одним "глазомером", Ездит по селам с своим инженером, Рядит рабочих - никто не идет! Земли кругом тут дворянские были,- Только дворяне о них позабыли. Всем тут орудовал грубый "кустарь", Пренебреженной окраины царь. Жители рыбу в озерах ловили, Гнали безданно из пеньев смолу, Брали морошку, опенки солили И говорили: "Нейдем в кабалу!" Нет послушанья, порядка и прочего, Прежде всего: создавай тут "рабочего". Как же создашь его? Шкурин не спит: Земли, озера, болота, графит - Всё откупил у помещика, "Всё - до ...
3. Недавнее время (А. Н. Еракову)
Входимость: 1. Размер: 24кб.
Часть текста: черты: В молодом поколении - фатство, В стариках, если смею сказать, Застарелой тоски тунеядства, Самодурства и лени печать. А теперь элемент старобарский Вытесняется быстро: в швейцарской Уж лакеи не спят по стенам; Изменились и люди, и нравы, Только старые наши уставы Неизменны, назло временам. Да Крылов роковым переменам Не подвергся (во время оно Старый дедушка был у нас членом, Бюст его завели мы давно)... Прежде всякая новость отсюда Разносилась в другие кружки, Мы не знали, что думать, покуда Не заявят тузы-старики, Как смотреть на такое-то дело, На такую-то меру; ключом Самобытная жизнь здесь кипела, Клуб снабжал всю Россию умом... Не у нас ли впервые раздался Слух (то было в тридцатых годах), Что в Совете вопрос обсуждался: Есть ли польза в железных путях? "Что ж, признали?"- до новостей лаком, Я спросил у туза-старика. "Остается покрытая лаком Резолюция в тайне пока..." Крепко в душу запавшее слово Также здесь услыхал я впервой: "Привезли из Москвы Полевого..." Возвращаясь в тот вечер домой, Думал я невеселые думы И за труд неохотно я сел. Тучи на небе были угрюмы, Ветер что-то насмешливо пел. Напевал он тогда, без сомненья: "Не такие еще поощренья Встретишь ты на пути роковом". Но не понял я песенки спросту, У Цепного бессмертного мосту Мне ее объяснили потом... Получив роковую повестку, Сбрил усы и пошел я туда. Сняв с седой головы своей феску И почтительно стоя, тогда Князь Орлов прочитал мне бумагу... Я в ответ заикнулся сказать: "Если б даже имел я отвагу Столько дерзких вещей написать, То цензура..." - "К чему оправданья? Император помиловал вас, Но смотрите!!. Какого вы званья?" -"Дворянин". - "Пробегал я сейчас Вашу книгу: свободы крестьянства Вы хотите? На что же тогда Пригодится вам ваше дворянство?.. Завираетесь вы, господа! За опасное дело беретесь, Бросьте! бросьте!.. Ну, бог вас прости! Только знайте: еще попадетесь, Я не в силах вас буду спасти..." Помню я Петрашевского дело, Нас оно поразило, как гром, Даже старцы ходили...
4. Чиновник ("Как человек разумной середины...")
Входимость: 1. Размер: 7кб.
Часть текста: заказывал одежду И с давних пор (простительная страсть) Питал в душе далекую надежду В коллежские асессоры попасть, - Затем, что был он крови не боярской И не хотел, чтоб в жизни кто-нибудь Детей его породой семинарской Осмелился надменно попрекнуть. Был с виду прост, держал себя сутуло, Смиренно всё судьбе предоставлял, Пред старшими подскакивал со стула И в робость безотчетную впадал, С начальником ни по каким причинам - Где б ни было - не вмешивался в спор, И было в нем всё соразмерно с чином - Походка, взгляд, усмешка, разговор. Внимательным, уступчиво-смиренным Был при родных, при теще, при жене, Но поддержать умел пред подчиненным Достоинство чиновника вполне; Мог и распечь при случае (распечь-то Мы, впрочем, все большие мастера), Имел даже значительное нечто В бровях... Теперь тяжелая пора! С тех дней, как стал пытливостью рассудка Тревожно-беспокойного наш век Задерживать развитие желудка, Уже не тот и русский человек. Выводятся раскормленные туши, Как ни едим геройски, как ни пьем, И хоть теперь мы так же бьем баклуши, Но в толщину от них уже нейдем. И в наши дни, читатель мой любезный, Лишь где-нибудь в коснеющей глуши Найдете вы, по благости небесной, Приличное вместилище души. Но мой герой - хоть он и шел за веком - Больных влияний века избежал И был таким, как должно, человеком: Ни тощ, ни толст. Торжественно лежал Мясистый, двухэтажный подбородок...
5. Николай Скатов. Некрасов. (часть 9)
Входимость: 1. Размер: 119кб.
Часть текста: глобально мыслившие, пытались охватить грандиозный масштаб событий: тем более, что война становилась если не мировой, то уже полумировой. Одним из таких деятелей был Тютчев. Именно ему ярче прочих рисовался захватывающий образ России, объединенной и несущей начала единения и братства миру. Вообще такая грандиозная Россия с ее решающим участием в европейских судьбах до поры до времени питала многие надежды и иллюзии многих. Тому же Тютчеву борьба России с Западом мыслилась почти апокалипсически: начавшаяся Крымская, хотя Крымом и не ограничившаяся, война эти настроения бесконечно оживляла и усиливала:   Великих зрелищ, мировых судеб Поставлены мы зрителями ныне: Исконные, кровавые враги, Соединясь, идут против России, Пожар войны полмира обхватил, И заревом зловещим осветились Деяния держав миролюбивых... Обращены в позорище вражды Моря и суша... Медленно и глухо К нам двинулись громады кораблей, Хвастливо предрекая нашу гибель, И наконец, приблизились - стоят Пред укрепленной русскою твердыней... И ныне в урне роковой лежат Два жребия... и наступает время, Когда решитель мира и войны Исторгнет их всесильною рукой И свету потрясенному покажет.   Вот эти стихи можно было бы назвать концентрированным поэтическим выражением тютчевского восприятия событий. Но принадлежат эти стихи не Тютчеву, а... Некрасову. Иллюзия принадлежности стихотворения Тютчеву была столь полной, что в 1890 году газета "Новое время" перепечатала его как принадлежащее Тютчеву и лишь позднее оговорила ошибку: действительно, опубликованное в "Современнике" Љ 7 за 1854 год без подписи, оно вошло еще в некрасовский сборник 1856 года. Мнение же, что это стихотворение напоминает тютчевские мысли, первым высказал не узнавший тогда подлинного автора даже такой знаток, как Валерий Брюсов, который поместил стихотворение в Љ 12 "Русского архива" за 1899 год под заголовком "На появление Английского флота под Петербургом (1854)....

© 2000- NIV