Cлово "РОСТ"


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F I J L M N P Q R S T U V
Поиск  

Варианты слова: РОСТА, РОСТУ, РОСТЕ, РОСТОМ

1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава третья
Входимость: 9.
2. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава первая
Входимость: 7.
3. Сказка о царевне Ясносвете ("Цып, цып, цып! ко мне, малютки...")
Входимость: 3.
4. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава вторая
Входимость: 3.
5. Парийский Л. А.: В местах, воспетых Н. А. Некрасовым. Шода
Входимость: 2.
6. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава пятая
Входимость: 2.
7. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава четвертая
Входимость: 2.
8. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава двенадцатая
Входимость: 2.
9. Николай Скатов. Некрасов. (часть 5)
Входимость: 2.
10. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава восемнадцатая
Входимость: 2.
11. Зонтиков Н. А.: Н. А. Некрасов и Костромской край - страницы истории. Грешневское детство поэта
Входимость: 2.
12. Зонтиков Н. А.: Н. А. Некрасов и Костромской край - страницы истории. Стихотворение "Дедушка Мазай и зайцы"
Входимость: 2.
13. Зонтиков Н. А.: Н. А. Некрасов и Костромской край - страницы истории. Отъезд в Петербург. Первые годы в столице
Входимость: 2.
14. Зонтиков Н. А.: Н. А. Некрасов и Костромской край - страницы истории. Некрасов и Костромской край: 1878 год - начало XX века
Входимость: 1.
15. Карп Пантелеич и Степанида Кондратьевна (Поэма в индийском вкусе) ("Жил-был красавец, по имени Карп, Пантелея...")
Входимость: 1.
16. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава шестнадцатая
Входимость: 1.
17. Мороз, Красный Нос
Входимость: 1.
18. Зонтиков Н. А.: Н. А. Некрасов и Костромской край - страницы истории. "Кому на Руси жить хорошо": Костромские страницы
Входимость: 1.
19. Кабинет восковых фигур ("Кто не учился в детстве в школах...")
Входимость: 1.
20. Секрет ("В счастливой Москве, на Неглинной...")
Входимость: 1.
21. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава семнадцатая
Входимость: 1.
22. Русские женщины. Княгиня М. Н. Волконская
Входимость: 1.
23. Николай Скатов. Некрасов. (часть 14)
Входимость: 1.
24. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава шестая
Входимость: 1.
25. Современники. Часть вторая
Входимость: 1.
26. Авдотья Панаева. Воспоминания. Примечания
Входимость: 1.
27. Сцены из лирической комедии "Медвежья охота"
Входимость: 1.
28. Коробейники
Входимость: 1.
29. Николай Скатов. Некрасов. (часть 11)
Входимость: 1.
30. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава десятая
Входимость: 1.
31. Из водевиля "Петербургский ростовщик"
Входимость: 1.
32. В деревне ("Право, не клуб ли вороньего рода...")
Входимость: 1.
33. Дедушка (Посвящается З-н-ч-е)
Входимость: 1.
34. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава девятая
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава третья
Входимость: 9. Размер: 29кб.
Часть текста: для своего бенефиса. Мать моя тоже заказала Бахтурину драму для своего бенефиса. Он был мастер составлять эффектные афиши, - в его пьесах всегда было много действии с разными названиями. Бахтурин взял деньги вперед, но запил и ничего не писал. Тогда моя мать поступила с ним очень энергично. Она пригласила его обедать и заарестовала у себя. От Бахтурина были отобраны сапоги, сюртук; ему дали халат и туфли отца и заперли в кабинет, посылая для вдохновения утром и вечером по большому графину настойки. Бахтурин в несколько дней написал драму и был освобожден из-под ареста [050]. Меня очень интриговало, как это мать посадила под арест сочинителя и как он там сочиняет. Я выпросила у лакея графин с водкой, чтоб войти в кабинет. Бахтурин был небольшого роста, с одутловатым лицом и всклокоченными, длинными, густыми, каштановыми волосами. Завидев меня с графином, он встал со стула и, потирая руки, сказал: - Вот спасибо, умная девочка, принесла графинчик. Меня ваша мамаша наказала... А вас наказывают? - Да, только водки не дают! - отвечала я. Бахтурин замялся и, налив рюмку водки, продолжал: - Пью за ваше здоровье! Вырастите большой и если вам придется тоже заказывать писать пьесы для вашего бенефиса, так вы не арестовывайте сочинителя, как ваша мамаша. Право, это не хорошо!.. Приносите мне всегда графинчик; я поболтаю с вами, это мне будет отдыхом, а то сиди один да все пиши. Но мне не дозволили более носить ...
2. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава первая
Входимость: 7. Размер: 50кб.
Часть текста: которые я слышала. Я слишком рано стала наблюдать все, что вокруг меня делалось и говорилось взрослыми. Мы жили в казенном доме, в котором давались квартиры семейным артистам и театральным чиновникам. Контора театра помещалась в том же доме и занимала квартиру в четыре комнаты. Чиновников тогда было очень немного, и я знала их всех в лицо: Зотова - романиста, Марселя, Ситникова и еще нескольких человек, которых фамилии забыла. При театре был доктор Марокети, маленький господин с большими черными глазами, у которого почему-то постоянно качалась голова, как у алебастровых зайчиков [001]. При вступлении А.М.Гедеонова в должность директора театров, в 1833 году, театральные чиновники быстро стали размножаться, так что очень скоро из них образовался целый департамент. Киреев, Ротчев, Федоров - водевилист, часто бывали у нас: все они были бедняками и еще не играли той важной роли при театре, как впоследствии. Потом уже Киреев и Федоров сделались богачами, даже писец Крутицкий, которого я видела по вечерам в детстве дежурным в конторе, ходившим босиком, чтобы не износить свои сапоги, - и тот нажил себе дома, дачу [002]. Казенный дом, где мы жили, был большой: он выходил на Офицерскую улицу, на Екатерининский канал у Пешеходного мостика со львами, близ Большого театра, и в маленький переулочек (не помню его названия), выходивший на Офицерскую улицу. Сначала мы жили в квартире, окна которой выходили на Екатерининский канал; потом отец занимал в этом же доме более обширную квартиру, и уже наши окна выходили в маленький переулок и на Офицерскую улицу. В день наводнения в Петербурге в 1824 году (7 ноября) я смотрела на затопленные улицы из окон квартиры,...
3. Сказка о царевне Ясносвете ("Цып, цып, цып! ко мне, малютки...")
Входимость: 3. Размер: 20кб.
Часть текста: мутил... Как Иван коня-горбатку Заставлял плясать вприсядку, Как бесстрашный царь Макар Полонить ходил татар... Как по щучьему веленью, По Иванову прошенью Ведра на гору взошли На потеху всей земли... Как он ездил на лежанке, Как держал колдунью в банке Чернокнижник Змеулан, Страх для всех окольных стран... Знаю всё, но не об том Речь теперь мы поведем. Поведем мы речь про царство, Про большое государство, Где во время сказки сей Государь был Елисей... Елисеево правленье Было всем на удивленье, Силе вражеской назло Царство крепло и цвело: Там не слышно было мору, Ни вражды, ни заговору, Ни других каких потех, Побери их леший всех!... Все как братья словно жили, А царя уж как любили, Так, не хваставши, скажу, И ума не приложу! Да и то сказать, еще бы Не любить его особы - Был он подданных отец, Награди его творец!.. Словно с детками родными, Он, вишь, всем делился с ними. Чуть победа, празднество - У него и пиршество! Всё бояра, всё миряна, Всё чиновные граждана Уж к нему приглашены И вповал напоены! У царя еще, окроме Этих милостей, был в доме Преогромный вечный пир Для того, кто сед и сир... Так он страждущих всех нежил... Бог за то его потешил И, по благости своей, Даровал ему детей Умных, добрых, залихватских, Проживавших в чувствах братских! Старший сын его Роман С виду был другой Полкан, Настоящим он ироем Ходит в доме по покоям, Ростом чуть ли не в сажень И красив, как вешний день... Кудри сами завивались, И...
4. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава вторая
Входимость: 3. Размер: 40кб.
Часть текста: младшими я виделась в клубном немецком саду, который на летний сезон помещался на Мойке, близ Поцелуева моста, в доме разорившегося Альбрехта, выстроившего для себя дом с разными барскими затеями: с манежем, с оранжереями и большим садом. Экономные распорядители немецкого клуба за плату на все дето пускали детей гулять только до 7 часов вечера, потому что потом собирались члены, играли в кегли и в карты. Старший сын старика Самойлова был уже чиновником и членом клуба; он любил разгова-ривать со мной, кормил сладкими пирожками и защищал меня и братьев перед распорядителями клуба, которым садовник приносил жалобы на нас, что мы лазаем по крыше беседки, по заборам, таскаем яблоки с деревьев. Его две младшие сестры также приходили в сад гулять. Надежда Васильевна была уже подросток, очень бойкая, и постоянно говорила, как она поступит на сцену и какие будет играть роли. Вера Васильевна была очень молчаливая девочка, не любила бегать и все сидела на одном месте. В сад ходила гулять и дочь актрисы Асенковой. Она была лет 14, казалась взрослой, но любила еще побегать, и мы с ней до упаду бегали вперегонки. Асенкова была очень хорошенькая, и я гордилась, что большая девочка и такая хорошенькая не пренебрегает мной [033]. Двух Самойловых и Асенкову мне пришлось видеть впоследствии на сцене. Надежда Васильевна Самойлова [034] и Варвара Николаевна Асенкова были на одном амплуа. Обе были хорошие водевильные актрисы. Гуляя девочками в саду и разговаривая между собой, они тогда, конечно, и не думали, что наступит время, когда между ними возникнет...
5. Парийский Л. А.: В местах, воспетых Н. А. Некрасовым. Шода
Входимость: 2. Размер: 15кб.
Часть текста: Шода чувствует себя в деревнях избранной деревней, не то, что все: «У нас Некрасов жил». И по всей деревне, от первой до последней избы, разлито это удовольствие ощущения исключительности. Жители – единоверцы, держатели, хранители старого обряда. Не ждалось, что позволяют себе так принимать освежающее, поновляющее жизнь как изящная литература, писатели. Старовер – строгий, не улыбающийся, всегда в чину, в державном благолепии, чурающийся мирских человеков. Оказалось – легкие, открытыми глазами смотрящие люди, нисколько из них нет того «исподлобья», коим так страдают дичающиеся люди глухих, самих в себе замкнувшихся углов. Вот Иван Гаврилович, с отцом Николай Алексеевич охотился. Иван Гаврилович на реке, тянет из проруби какую-то рыболовную снасть. – Иван Гаврилович, хотелось бы с вами поговорить. – Пожалуйте ко мне. Иван Гаврилович – старик, невысокого роста, крепкого сложения, с красноватыми прожилками на щеках. Хотелось бы видеть в нем сына того высокого, длинноватого ростом, верзилистого сложения охотника, что имел счастье быть подручным Н. А. Некрасова на охоте. Неужели и отец Ивана Гавриловича был его же комплекции – так это сводит все на заурядность... Домик в три окна с белеющими наличниками; домик разваливается, необходимо, не откладывая, сфотографировать. Вот в этом самом дому и был у нас Николай Алексеевич. Сановито ли, барственно входил он в эту лесенку, в крыльцо или взмахивал через приступки балующимися, подравнивающимися с крестьянами барчонком? – В горенке, в сельнике у него и кровать была. Изба обыкновенная, крестьянская, только по-староверски чистенькая. Маляница, пиво... Гостем оказался. Так это смягчает допрос, расспрашивание. В Иване Гавриловиче и в его старушке видна захваченность в их рассказываньи о Николае Алексеевиче. Многие у них бывали. В шкафу для чайной посуды стенки оклеены листком из журнала «Искра» с портретами...

© 2000- NIV