Cлово "ЖАЛОБА"


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F I J L M N P Q R S T U V
Поиск  

Варианты слова: ЖАЛОБЫ, ЖАЛОБ, ЖАЛОБАМИ, ЖАЛОБАМ, ЖАЛОБОЙ

1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава одиннадцатая
Входимость: 5.
2. Авдотья Панаева. Воспоминания. Очерк Чуковского
Входимость: 2.
3. Муза ("Нет, Музы ласково поющей и прекрасной...")
Входимость: 2.
4. Современники. Часть вторая
Входимость: 2.
5. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава вторая
Входимость: 2.
6. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава пятая
Входимость: 1.
7. Мороз, Красный Нос
Входимость: 1.
8. Николай Скатов. Некрасов. (часть 8)
Входимость: 1.
9. Дешевая прогулка
Входимость: 1.
10. Суд (Современная повесть)
Входимость: 1.
11. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава шестая
Входимость: 1.
12. Покойница ("Кто умер здесь? какой потери...")
Входимость: 1.
13. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава десятая
Входимость: 1.
14. Зонтиков Н. А.: Н. А. Некрасов и Костромской край - страницы истории. Приобретение карабихи: "Владелец роскошных палат"
Входимость: 1.
15. Провинциальный подьячий в Петербурге ("Ох, времечко! Скорехонько...")
Входимость: 1.
16. Плач детей
Входимость: 1.
17. Труженик ("Я слушал, о мой друг, их пошлые рассказы...")
Входимость: 1.
18. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава пятнадцатая
Входимость: 1.
19. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава девятая
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава одиннадцатая
Входимость: 5. Размер: 35кб.
Часть текста: пятидесятых годов, в кружке "Современника" состоялся третейский суд: судились между собой два короткие приятеля литераторов, Тютчев [158] и Языков, бывшие постоянными членами кружка с самого начала приезда Белинского в Петербург. Эти два приятеля затеяли открыть комиссионерскую контору для провинциальных жителей, которые могли бы выписывать чрез контору все, что им было нужно, начиная с вещей в полтину до тысячных. Тургенев и Анненков принимали живое участие в основании этой конторы, потому что были интимными друзьями семейства Тютчева, которому пришла мысль открыть контору для увеличения своих средств к жизни, но он не имел денег, а Анненков и Тургенев уговорили Языкова отдать на это предприятие все свои деньги, суля ему огромные барыши [159]. Один давнишний знакомый Панаева и Языкова отговаривал последнего пускаться в коммерческое предприятие и доказывал, что условия с компаньоном нелепы. В самом деле, по условию, предложенному Языкову, барыши делились пополам с компаньоном, а за все расходы и убытки отвечал один Языков; кроме того, Языков должен был платить компаньону три тысячи рублей жалованья. Все переговоры с Языковым о конторе происходили через Тургенева и Анненкова. Языков вполне доверился им и так был...
2. Авдотья Панаева. Воспоминания. Очерк Чуковского
Входимость: 2. Размер: 83кб.
Часть текста: - вспоминал о ней граф Соллогуб. "Не только безукоризненно красивая, но и привлекательная брюнетка", - писал такой опытный ценитель, как Фет. И Павел Ковалевский то же самое: "красивая женщина", "нарядная, эффектная брюнетка". И полковник Щербачев то же самое: "молодая, красивая женщина". И даже близорукий Чернышевский: "красавица, каких не очень много" [224]. Немудрено, что молодой Достоевский влюбился в нее с первого взгляда: "Я был влюблен не на шутку, теперь проходит, а не знаю еще... - писал он впоследствии брату. - Она умна и хорошенькая, вдобавок любезна и пряма донельзя" [225]. Двадцатишестилетний Некрасов тоже влюбился в нее и чуть не покончил с собой, когда она отвергла его. Сколько пламенных стихов в его книге посвящено этой эффектной брюнетке! Она вечно в кругу исторических, замечательных, знаменитых людей. Они ее ежедневные гости. Герцен приехал из Петербурга в Москву и прямо в ее дом, к ее мужу, - не нахвалится ее гостеприимством: "Она мила и добра до невозможности, холит меня, как дитя", - пишет он из Петербурга жене [226]. Белинский ее сосед и приятель. Он тоже очарован ее добротой: "Попробуйте, - пишет он ее мужу, Панаеву, - попробуйте отдать деревню в ее распоряжение, и вы увидите, что через полгода, благодаря ее доброте и благодетельности, ваши крестьяне... сделаются сами господами, а господа сделаются их крестьянами" [227]. Герцен, Белинский, Достоевский, Некрасов - какие имена, какие люди! И Тургенев, и Гончаров, и Грановский, и Кавелин, и Лев Толстой - все у нее за столом, у Пяти Углов или потом у Аничкина моста, и, кажется, если бы в иной понедельник вдруг обрушился в ее гостиной потолок, вся русская литература погибла бы. У нас не было бы ни "Отцов и Детей", ни "Войны и Мира", ни "Обрыва". Ее гостиная или, вернее, столовая - двадцать лет была...
3. Муза ("Нет, Музы ласково поющей и прекрасной...")
Входимость: 2. Размер: 3кб.
Часть текста: над собой я песни сладкогласной! В небесной красоте, неслышимо, как дух, Слетая с высоты, младенческий мой слух Она гармонии волшебной не учила, В пеленках у меня свирели не забыла, Среди забав моих и отроческих дум Мечтой неясною не волновала ум И не явилась вдруг восторженному взору Подругой любящей в блаженную ту пору, Когда томительно волнуют нашу кровь Неразделимые и Муза и Любовь... Но рано надо мной отяготели узы Другой, неласковой и нелюбимой Музы, Печальной спутницы печальных бедняков, Рожденных для труда, страданья и оков,- Той Музы, плачущей, скорбящей и болящей, Всечасно жаждущей, униженно просящей, Которой золото - единственный кумир... В усладу нового пришельца в божий мир, В убогой хижине, пред дымною лучиной, Согбенная трудом, убитая кручиной, Она певала мне - и полон был тоской И вечной жалобой напев ее простой. Случалось, не стерпев томительного горя, Вдруг плакала она, моим рыданьям вторя, Или тревожила младенческий мой сон Разгульной песнею... Но тот же скорбный стон Еще пронзительней звучал в разгуле шумном. Всё слышалося в нем в смешении безумном: Расчеты мелочной и грязной суеты, И юношеских лет прекрасные мечты, Погибшая любовь, подавленные слезы, Проклятья, жалобы, бессильные угрозы. В...
4. Современники. Часть вторая
Входимость: 2. Размер: 49кб.
Часть текста: Акционерной компании, Сдавший недавно отчет В общем годичном собрании, В группе директоров Шкурин сидит (Синяя чуйка и крупные губы). Старец, прошедший сквозь медные трубы - Савва Антихристов - спич говорит. (Общество пестрое: франты, гусары, И генерал, и банкир, и кулак.) "Да, господа! самородок-русак Стоит немецких философов пары! Был он мужик, не имел ничего, Часто гуляла по мальчику палка, Дальше скажу вам словами его (Тут и отвага, и ум, и смекалка): "Я - уроженец степей; Дав пастухам по алтыну, Я из хребта у свиней В младости дергал щетину. Мечется стадо, ревет. Знамо: живая скотина! Мальчик не трусит - дерет, Первого сорту щетина! Стал я теперь богачом; Дом у меня, как картинка, Думаю, глядя на дом: Это - свиная щетинка!.." Великорусская, меткая речь!.. С детства умел он добыть и сберечь. Сняли мы линию; много заботы: Надо сдавать земляные работы. Еду я раз по делам в Перекоп, Вижу, с артелью идет землекоп. "Кто ты?"-"Я - Федор Никифоров Шкурин". (Обращается к Шкурину) Чокнемся! Выпьем, христов мужичок! Ну, господа генералы! чок-чок!.. Выбор-то мой оказался недурен... (Чокаются и пьют.) Прибыл подрядчик на место работ, Вместо науки с одним "глазомером", Ездит по селам с своим инженером, Рядит рабочих - никто не идет! Земли кругом тут дворянские были,- Только дворяне о них позабыли. Всем тут орудовал грубый "кустарь", Пренебреженной окраины царь. Жители рыбу в озерах ловили, Гнали...
5. Авдотья Панаева. Воспоминания. Глава вторая
Входимость: 2. Размер: 40кб.
Часть текста: а с младшими я виделась в клубном немецком саду, который на летний сезон помещался на Мойке, близ Поцелуева моста, в доме разорившегося Альбрехта, выстроившего для себя дом с разными барскими затеями: с манежем, с оранжереями и большим садом. Экономные распорядители немецкого клуба за плату на все дето пускали детей гулять только до 7 часов вечера, потому что потом собирались члены, играли в кегли и в карты. Старший сын старика Самойлова был уже чиновником и членом клуба; он любил разгова-ривать со мной, кормил сладкими пирожками и защищал меня и братьев перед распорядителями клуба, которым садовник приносил жалобы на нас, что мы лазаем по крыше беседки, по заборам, таскаем яблоки с деревьев. Его две младшие сестры также приходили в сад гулять. Надежда Васильевна была уже подросток, очень бойкая, и постоянно говорила, как она поступит на сцену и какие будет играть роли. Вера Васильевна была очень молчаливая девочка, не любила бегать и все сидела на одном месте. В сад ходила гулять и дочь актрисы Асенковой. Она была лет 14, казалась взрослой, но любила еще побегать, и мы с ней до упаду бегали вперегонки. Асенкова была очень хорошенькая, и я гордилась, что большая девочка и такая хорошенькая не пренебрегает мной [033]. Двух Самойловых и Асенкову мне пришлось видеть впоследствии на сцене. Надежда Васильевна Самойлова [034] и Варвара Николаевна Асенкова были на одном амплуа. Обе были хорошие водевильные актрисы. Гуляя девочками в саду и разговаривая между собой, они тогда, конечно, и не думали, что наступит время, когда между ними возникнет непримиримая вражда. Самая младшая сестра, Вера Васильевна Самойлова, поступила на сцену на драматические роли в 1842 году, была красива собой, высокого роста, с изящными манерами, и как актриса - была талантливее своих сестер. Самая старшая сестра, Мария Васильевна Самойлова, пробыла недолго на сцене и вышла замуж [035]. Из семейства старика Самойлова...

© 2000- NIV